ЮНАЯ РЫБАЧКА
Обогнув снежный холм, за которым река круто заворачивала направо, я наткнулся на маленькую девчушку, сидевшую на старом жестяном ведре.
В полушубке, белом шерстяном платке и больших подшитых валенках, она размеренно взмахивала коротким можжевеловым удилищем. (…)
— Как дела?— спросил я, подойдя вплотную, и тотчас подивился хмурому выражению ее лица. (…)
Ответа не последовало. (…)
Снег вокруг был изрядно утоптан, кое-где виднелись ледяные торосики, темнели оконца старых лунок. Отойдя немного в сторону от неприветливой рыбачки, я прочистил пешней одну из лунок, размотал удочку и опустил блесну в воду.
Встряхнув раза два удилищем, я почувствовал, как что-то повисло на крючке. (…) А потом удилище внезапно согнулось, натянулась леска и не успел я опомниться, как неведомый хищник оборвал блесну. (…)
Соседка улыбалась. Девчушка тащила рыбу с большой глубины, осторожно перебирая леску пальцами. Чем ближе подтаскивала она добычу, тем ярче становилась улыбка. Благополучно вытянув крупного окуня, девочка опустила блесну обратно в лунку. (…)
А спустя минуту, зацепив следующего окуня, вновь начала расцветать юная рыбачка. (152 слова.)
М. Заборский.
* * *
1. Скала, поднимающаяся над дорогой, не выдержала ударов вьюги и, рухнув, рассыпалась в куски и загородила дорогу. (Лас.) 2. Спутники обошли обрушившуюся скалу стороной, узкой горной тропинкой, и вышли к пастухам, застрявшим со своим стадом в горах. (Лас.) 3. Не теряя ни минуты, нужно было найти верное решение. (Лас.) 4. Отдохнув, колхозники снова взялись за лопаты. (Лас.) 5. Сильный ветер, стремительна носившийся по улицам, дул по-весеннему неровно, прерывисто, точно вздрагивая, путаясь и шаля. 6. Из серых облаков, покрывавших небо, стал падать мокрыми хлопьями снег, который, едва касаясь земли, таял и увеличивал невылазную грязь. (Леек.) 7. Мальчуган сиял, но, увидев свою старшую сестру, Лизу, чуть помрачнел, а Лиза сейчас же сурово окликнула его. 8. Уставший, он прикорнул в лодке и не заметил, как коварные боковые волны, подмыв ялик, повернули его и вынесли в, широкую протоку между островами. (Заб.) (123 слова.)
* * *
1. Предательская хромота на левую ногу выдала тигра с головою. Стало ясно, что, выведенный из терпения настойчивыми преследованиями, он решил сам перейти в наступление, для этого он сделал большую петлю и, перейдя свой след дважды, решил где-нибудь устроить засаду. 2. В лесу стало совсем сумрачно. (…) Казалось, что лес, видя, что не в силах остановить людей, преследовавших его зверя, позвал на помощь небесные стихии. 3. Взвесив все шансы за и против, мы пришли к заключению о необходимости возвратиться хотя бы для того, чтобы утолить голод, который все настойчивее давал себя чувствовать. (87 слов). По Арсеньеву.
* * *
Целую неделю городок, опоясанный окопами и опутанный паутиной колючих заграждений, просыпался и засыпал под оханье орудий и клекот ружейной перестрелки.
Лишь глубокой ночью становилось тихо. Изредка срывали тишину испуганные залпы: щупали друг друга секреты. Секреты — это тайные группы разведчиков. (…) В трех верстах от города, над деревней, занятой красными, снаряды неслись с воем и свистом, заглушая все, и, падая, взметали вверх разорванные глыбы земли. (…)
Сегодня удары по городку все настойчивее, все чаще. Воздух беспокойно мечется от орудийной пальбы.
С высоты заводской трубы видно, как, припадая к земле, спотыкаясь, неудержимо идут вперед цепи большевиков. (…)
Никакая сила не могла удержать Сережку Брузжака в подвале, где собрались его семья и ближайшие соседи. Несмотря на протесты матери, он выбрался из прохладного погреба. (…)
Вот на дорогу выскочил красноармеец, за ним другой, третий. Сережа видит их: они пригибаются и стреляют на ходу.
Чувство радости охватило Сережу. Он бросился на шоссе закричал что было сил: «Да здравствуют товарищи!» (149 слов.)
По Н. Островскому.
* * *
Попрощавшись со старухой, ребята, сердито шагая, отправились в путь.
На окраине им встретилась легковая машина. В кабине, рядом с шофером, сидел широкоплечий человек в серой шинели. Ребята удивленно переглянулись. (…)
Вот и машинно-тракторные мастерские — длинные кирпичные постройки под этернитом, с узкой железной трубой, с трактором около настежь открытой широкой двери и локомобилями, поставленными на деревянные брусья. Дальше, за покатым холмиком, начинается степь, но деда нигде не видать. Левее холмика, в стороне от дороги, сереет проселок. По нему, направляясь к селу, степенной походкой идут трое старых мужчин: двое с хворостинами, а один с какой-то веревкой на плече. Двое из них сразу замахали руками, показывая ребятам куда-то за холмик. Гаврик и Миша поняли, что надо торопиться. Прибавив шагу, они вышли на взгорье и, восхищенные; остановились…
На рыжей траве, сбоку дороги, паслось больше десятка коров и телят. А дед, прямой и гордый, стоял с палкой на плече, как на часах. (146 слов.)
Л. Никулин.
* * *
1. От телег и от машин на немощеной широкой улице поднималась кудлатыми столбами пыль и, растекаясь, застилала дома, голубой просвет низкого неба, сиявший в конус ровной, однообразно серой улицы. (…) 2. Еще не было видно ни одной живой души, ни проезжающих подвод и машин, а пыль уже клубилась и низко текла, как ленивый туман, потревоженный взошедшим солнцем. (…) 3. Прибежав в сад, ребята увидели Ивана Никитича, который стоял среди аллеи с опущенными руками. И странно, дед никого не искал и, казалось, забыл не только про ребят, но и про все окружающее. Глядя на землю, он вытирал глаза ладонью. Увидев ребят, старик засуетился и, будто рассердясь, что ему помешали думать, сказал: «Что уставились? Сроду не видали?» 4. Снова скрипнула дверь, и опять появилась уже знакомая им женщина, (…) высокая, прямая, в белой, туго повязанной косынке. Минуя ребят, она прошла к столу, сначала постелила на скатерть газету, а на нее поставила кастрюльку с куском хлеба на крышке. (148 слов.)
Л. Никулин.
* * *
Внизу, у нагроможденных беспорядочной кучей камней, плещется море. Ломаной дугой втиснулась в берег гавань, отгороженная от моря железобетонным молом. Обрывал свой хребет у моря перевал. И далеко вверх, в горы, забирались игрушечные белые домики городских окраин. В старом загородном парке тихо. Заросли травой давно не чищенные дорожки, и медленно падает на них желтый, убитый осенью кленовый лист. (…) Безлюден парк. Павел нашел скамью на выступе моря и сел, подставив лицо лучам уже не жаркого солнца. Сюда, в эту тишину, приехал он, чтобы подумать над тем, как складывается жизнь и что с этой жизнью делать.
Далеко, почти на горизонте, темной тучей стлался дымчатый след парохода. Стая чаек пронзительно вскрикивала, кидаясь в море. Корчагин обхватил голову руками и тяжело задумался. Перед его глазами пробежала вся его жизнь, с детства и до последних дней. (…)
Перебирая в памяти год за годом, Павел проверял свою жизнь, как беспристрастный судья, и с глубоким удовлетворением решил, что жизнь прожита не. так уж плохо. (155 слов.)
По Н. Островскому.
* * *
В открытое окно Павке была хорошо видна вся комната. На столе лежали какие-то ремни и еще что-то блестящее.
Подталкиваемый нестерпимым зудом любопытства, Павка тихо перелез с крыши на ствол черешни и спустился в сад Лещинских. Согнувшись, в несколько скачков он добежал до раскрытого окна и заглянул в комнату. На столе лежали пояс с портупеей и кобура с прекрасным двенадцатизарядным «манлихером». У Павки захватило дух. Несколько секунд в нем происходила борьба, но, захлестнутый отчаянной дерзостью, он перегнулся, схватил кобуру и, вытащив из нее новый вороненый револьвер, спрыгнул в сад. Оглянувшись по сторонам, осторожно сунул револьвер в карман и бросился через сад к черешне. Денщик мирно разговаривал с конюхом. В саду было тихо… Он (Павка) сполз с сарая и помчался домой.
Мать возилась на кухне, приготовляя обед, и не обратила на Павку внимания. (131 слово.)
По Н. Островскому.